- Я, ваше благородие, прибегу... я мигом оборочу... у меня это... вот как бог свят прибегу! - заспешил осужденный, и чтобы волк не сомневался, что он может мигом оборотить, таким вдруг молодцом прикинулся, что сам волк на него залюбовался и подумал: "Вот кабы у меня солдаты такие были!"
А волчиха пригорюнилась и молвила:
- Вот, поди ж ты! заяц, а как свою зайчиху любит!
Делать нечего, согласился волк отпустить косого в побывку, но с тем, чтобы как раз к сроку оборотил. А невестина брата аманатом у себя оставил.
- Коли не воротишься через двое суток к шести часам утра, - сказал он, - я его вместо тебя съем; а коли воротишься - обоих съем, а может быть... ха-ха... и помилую!
Пустился косой, как из лука стрела. Бежит, земля дрожит. Гора на пути встренется - он ее "на уру" возьмет; река - он и броду не ищет, прямо вплавь так и чешет; болото - он с пятой кочки на десятую перепрыгивает. Шутка ли? в тридевятое царство поспеть надо, да в баню сходить, да жениться ("непременно женюсь!" ежеминутно твердил он себе), да обратно, чтобы к волку на завтрак попасть...
Даже птицы быстроте его удивлялись, - говорили: "Вот в "Московских ведомостях" пишут, будто у зайцев не душа, а пар - а вон он как... улепетывает!"
Прибежал, наконец. Сколько тут радостей было - этого ни в сказке не сказать, ни пером описать. Серенькая заинька, как увидела своего ненаглядного, так и про хворь позабыла. Встала на задние лапки, надела на себя барабан, и ну лапками "кавалерийскую рысь" выбивать - это она сюрприз жениху приготовила! А вдова-зайчиха так просто засовалась совсем: не знает, где усадить нареченного зятюшку, чем накормить. Прибежали тут тетки со всех сторон, да кумы, да сестрицы - всем лестно на жениха посмотреть, а может быть, и лакомого кусочка в гостях отведать.
Один жених словно не в себе сидит. Не успел с невестой намиловаться, как уж затвердил:
- Мне бы в баню сходить да жениться поскорее!