— Бога благодарить всегда время, — как-то загадочно ответил Удав и затем, наклонившись ко мне, шепотком прибавил: — а только вряд ли…
— Не надеетесь?
— Верно говорю: не будет толку!
— Ах, ваше превосходительство!
— Людей нет-с! И здание можно бы выстроить, и полы в нем настлать, и крышу вывести, да за малым дело стало: людей нет-с! — настаивал Удав.
— И мыслей нет! — добавил Дыба.
— Нас, стариков, фофанами называют, а между тем…
Удав, видимо, хотел сдержаться, но вспомнил, как еще недавно русский сановник (русский-с!) исключил его из числа «знатных иностранцев», и не сдержался.
— Мы, по крайней мере, могли объяснить, кто̀ мы, откуда вышли и какую школу прошли. Ну, фофаны так фофаны… с тем и возьмите! А нынешние… вон он! вон он, смотрите на него! — вдруг воскликнул Удав, указывая на какого-то едва прикрытого петанлерчиком* бесшабашного советника «из молодых», — смотрите, вон он бедрами пошевеливает!
— Это на него «увенчание здания» так действует! — ехидно хихикнул Дыба.