— Старайся, братцы, старайся! — поощряет он мужичков, — ежели раньше выкосите — домой отпущу!
Жар помаленьку спадает; косцы в виду барского посула, удваивают усилия, а около шести часов и бабы начинают сгребать сено в копнушки. Еще немного, и весь луг усеется с одной стороны валами, с другой небольшими копнами. Пустотелов уселся на старом месте и на этот раз позволяет себе настоящим образом вздремнуть; но около семи часов его будит голос:
— Готово, Арсений Потапыч!
Луг выкошен окончательно; сено тоже сгребено в копны; сердце образцового хозяина радуется.
— Спасибо, молодцы! — произносит он благосклонно, — теперь можете свою работу работать!
— Уж и трава нынче уродилась — из годов вон! — хвалят мужички.
— Да, хороша трава; дал бы только бог высушить да убрать без помехи.
Он обращает глаза к западу и внимательно смотрит, как садится солнышко. Словно бы на самом краешке горизонта тучка показывается… или это только так кажется?
— Смотри, ребята, как бы солнышко в тучку не село! — беспокоится он.
— Помилуйте, Арсений Потапыч! как есть чисто садится! Самый завтра настоящий день для сушки будет!