Живновский ( Забиякину ). Это значит, пошел наш сокол по клюкву по ягоду!
Хоробиткина. Помилуйте-с, вы слишком учтивы, граф!
Налетов. Это наш долг служить прекрасному полу. ( Садится возле нее. ) Э… а у вас, верно, какое-нибудь важное дело? Мамаша обидела? ( подражая произношению маленьких детей ) платьица хорошенького не купила? куколку не подарила? конфетки не дала?
Хоробиткина ( рдея ). Ах, какие вы насмешники! разве я маленькая, чтобы мне в куклы играть?
Налетов. Еще бы! ну, признайтесь, давно ли вы ходить начали? все, чай, «мамаса», «папаса»! Ну, признайтесь!
Хоробиткина ( наивничая ). Помилуйте-с, как это возможно! Я уж два года замужем!
Налетов. Э… не может этого быть! вы на себя клевещете! да, впрочем, это известная замашка детей прибавлять себе лета… ( Детским произношением. ) Ну, пьизнайтесь, больсой оцень хоцется быть?
Живновский ( Забиякину ). Ишь, шельма, как тает! молодец он, а все, знаете, не то, что в наше время бывало… орлы! Налетишь, бывало, из-за сизых туч, так все эти курочки словно сожмутся, даже взглянуть не смеют: просто, трепет какой-то!
Сцена III
Те же и Шифель, который, несколько избочившись по-камергерски и забегая вперед правою ногою, намеревается перейти через приемную комнату во внутренние покои.