— Да ведь мне есть нужно, — начал снова Иван Самойлыч.
— Гм, — сказал Беобахтер.
Алексис начал собираться с мыслями.
— Конечно, он не виноват в этом, — продолжал Мичулин, с горечью вспомнив полученный утром от «нужного человека» жесткий отказ, — конечно, жизнь — лотерея, да в том-то и штука, что вот она лотерея, да в лотерее-то этой билета мне нет…
Беобахтер положил в сторону гитару и посмотрел ему пристально в глаза.
— Так вы меня не поняли? — сказал он с укором, — а прочли вы книжку?
Иван Самойлыч отвечал, что не имел еще времени. Беобахтер грустно покачал головой.
— Вы ее прочтите! — убеждал он самым меланхолическим тоном, — там вы все узнаете, там обо всем говорится… Все, что я вам ни говорил, — все это только предварительные понятия, намеки; там все полнее объяснено… но уж поверьте, тут иначе и быть не может! Или любишь, или не любишь: тут нет средины, я вам говорю!
— Однако ж, это странно! — тотчас же возразил Алексис, хотя и не развивал далее своей мысли.
— Так вы думаете? — перебил Иван Самойлыч.