— Да ребятишек наших не забывай…
— Ты, брат, не оскорбись, коли иной раз по моему столу тебе замечание будет… Я, брат, тебе друг — ты это знай! — изъяснялся Скорбященский.
— Без замечания иной раз нельзя…
— Без замечаний как же можно!
— Иной раз, брат, сам губернатор тово… да что тут говорить! отстоим!
— Так ты больше натиском… натиском больше действуй! — повторил Трясучкин.
— А по-моему, так прежде всего к Зиновею Захарычу сходить следует*, — отозвался Псалмопевцев.
— Сходи, брат! не человек, а душа!
— Сходить — отчего не сходить! сходить можно! — отвечал Потанчиков, улыбаясь всем лицом от полноты внутреннего счастья.
— Нет, ты не говори: «сходить можно!», — наставительно заметил Псалмопевцев, — потому ты еще не понимаешь! Ты думаешь, в чем существо веществ состоит? Например, назовем хоть часы, или вот стакан… ты разве понимаешь?