Сергеев. Ну да, ну да. Потолкуемте, господа. Я очень рад вас у себя видеть. Действительно, нынче в Петербурге все как-то об меньшей братии рассуждают.
Примогенов. Гм… те-э-к-с.
Сергеев. Что ж, это наш долг… это, можно сказать, наша первая обязанность…
Постукин выдается вперед. Вам угодно высказать ваше мнение, капитан?
Постукин ( шевелит губами и наконец издает какой-то звук ).
Сергеев. Я полагаю, господа, что и с христианской точки зрения меньшая братия заслуживает…
Примогенов. Те-э-к-с.
Сергеев. Как члены просвещенного сословия, мы с своей стороны обязаны… это наш первый долг, господа! Я был во многих аристократических салонах в Петербурге, и везде, решительно везде только и разговору что об меньшей братии! Даже дамы — и те… vraiment![136]
Антонова. А я бы им, Иван Павлыч, язык-то к пятке пришила, так они бы узнали, что значит рот-то непокрытый держать!
Сергеев ( снисходительно ). Вы, Степанпда Петровна, все по-прежнему?