Прокофий Иваныч входит робко.
Живоедова. Хоть бы Семен Семеныч пришел!
Настасья Ивановна. Этот Семен Семеныч только об добродетели умеет говорить, а вот как нужно когда, его и с собаками не сыщешь!
Баев (Прокофью Иванычу). Кланяйся, сударь, кланяйся родителю в ножки!
Прокофий Иваныч (падая в ноги). Батюшка! прости ты меня! Согрубил, власть твою великую родительскую преступил.
Живоедова. Поздно спохватился, почтенный!
Баев. Блажен муж, иже и скоты милует, сударыня!
Иван Прокофьич. Я, Прокофий, ничего… я зла на тебе не помню… только чего же ты теперь от меня хочешь?.. да ты встань!
Баев. Ничего, сударь, и поползает перед родителем!
Прокофий Иваныч (стоя на коленях). Я, батюшка, ничего не желаю… я прошу вас, как вы немощны, так позвольте только почаще навещать вас… (Кланяется в ноги.)