Лобастов. Нет, уж это не дай бог умереть, Иван Прокофьич.
Живновский. Это вы истинную правду, ваше превосходительство, сказали: перед смертью мы все именно ничтожество…
Глядит на всех, и на царей, *
В державу коим тесны миры,
Глядит на тучных богачей.
Что в злате и сребре кумиры…
(Задумывается и крутит усы.) О-о-ох!
Иван Прокофьич (Живновскому с досадой). Уж хоть бы ты не ругался! Обопьет, объест, да он же над тобой и наругается! Считал, что ли, ты мои деньги-то!
Живновский. Помилуйте, Иван Прокофьич, это фигура-с… так для воображения написано!
Иван Прокофьич. То-то фигура! Ты бы вот в моей коже-то посидел…