Живновский. Представление начинается!
Все уходят в комнату Живоедовой; сцена несколько времени остается пустою.
Сцена VIII
Фурначев (один).
Фурначев. Анна Петровна! Анна Петровна! Или мне это почудилось! (Подходит к двери и пробует, заперта ли она.) Заперта! Однако как у меня карманы оттопырились… даже безобразно… Теперь, кажется, совершился всей моей жизни подвиг! Еще младенцем будучи, я только и мечтал о том, как бы сделаться человеком достойным и от людей почтенным, но, признаюсь, настоящее приобретенье даже все мечты мои превзошло! Мир праху твоему, почтенный муж Иван Прокофьич! много ты постарался! много труда в жизни принял! Возблагодарим создателя нашего, который нас, смертных, разумом одарил… кабы не он, царь небесный, что же бы мы такое были?.. Однако это скверно, что у меня карманы так оттопырились… да ведь много же и добра-то у старика нашлось! (Улыбается.) Я уж клал зря: там дома разберу, которые именные, которые безымянки… А велика сила разума человеческого! вот у него билеты-то, может, и за номерами по книгам числятся… так мы и это предусмотрели! У нас вот уж две недели племянник родной в отпуску в Москве считается, а поедет-то он туда только сегодня в ночь… В этих делах все предусмотреть, все предугадать надо! Хотелось бы вот теперь же посчитать, да боюсь, чтоб не застал кто-нибудь… И как это счастливо бог привел все кончить: даже Живоедихи нет…
Лобастов в это время незаметно подкрадывается сзади; Прокофий Иваныч и прочие тоже выходят.
Сцена IX
Фурначев, Лобастов, Понжперховский, Живновский, Праздников и Живоедова.
Фурначев. (продолжая рассуждать). Нет, лучше уйти…
Лобастов. (сзади). А позвольте, Семен Семеныч, полюбопытствовать, как велика сумма…