Я всё видел очень хорошо — ещё не совсем стемнело. Закат не успел померкнуть, и снежные вершины гор розовели на синеве неба.
Я молча наблюдал за чудовищем. А великан медленно ходил по площадке, и земля вздрагивала от каждого его шага.
Должно быть, он не замечал меня. Я лежал не шевелясь, затаив дыхание. Мне хотелось посмотреть, как он ведёт себя, когда возле него никого нет.
На этот раз я решил действовать умнее, чем в прошлый раз. Почём знать, не взбредёт ли ему на ум убраться восвояси подобру-поздорову? Раз он может ходить, не догадается ли он уйти? Как-никак, а я ему, наверно, порядком досадил за сегодняшний день.
И в самом деле, великан собирался уйти. Он пробовал опять взобраться на свою площадку, но вместо того чтобы обойти кругом, он лез напрямик, по крутой, отвесной скале, стараясь подняться вверх той же дорогой, которой когда-то спустился вниз.
Это ему не удалось. Он тяжело рухнул на колени, уткнулся лбом в землю и зарычал голосом, похожим на рёв горного потока:
— Да неужто же никто не поможет мне вернуться к себе домой?
В два прыжка я уже был около Иеуса и, стиснув его чудовищную руку, уцепившуюся за выступ скалы, прокричал ему в самое ухо:
— Ну что, теперь ты видишь, кто здесь хозяин? Послушайся же меня, убирайся отсюда поскорее!
— Хорошо, — ответил он. — Подними меня. Возьми к себе на плечи и отнеси туда, наверх.