Но Сергей Одинцов толкнул меня в бок.
— Заметил? — сказал он многозначительно. — Они прилетели к нам сюда, в лес, из разных голубятен!
Действительно, когда голубка, наклевавшись крошек, вспорхнула на палатку и попыталась подсесть к пришельцу, тот отчужденно отодвинулся. Это был великолепный турман с коротким клювом и горделиво изогнутой шеей. Прилетевшая первой голубка выглядела по сравнению с ним совсем неказистой.
— Ну и что же? — спросил я.
Сергей только посмотрел на меня и покачал головой.
Но мне было тогда не до выяснения взаимоотношений у птиц, неизвестно откуда появившихся в лагере. Меня занимали другие мысли!
Участок тайги, где мы производили поиски, перенося с места на место нашу палатку, находился в районе, где, по предварительным данным, предполагалось залегание никелевых руд.
Нам, казалось: вот еще удар лопатой — и пласт руды покажется из-под вязкой глины. Но наши лопаты в лучшем случае гремели о камни, которые мы, рассмотрев, отбрасывали с досадой в сторону.
А как хотелось найти никель. Ведь мы искали металл, необходимый нашей стране, нашей социалистической промышленности, чтобы вырабатывать все больше электрических приборов, нержавеющей стали, и самых разнообразных изделий, в которых применяется никель.
