Однако скоро Павлик заметил, что характер грузов на этом участке шоссе изменился. Почти вовсе исчезли контейнеры и строевой лес. Зато в большом количестве появились цистерны, которых раньше вообще не было. У очередного колодца стояла целая очередь грузных автобочек. Больше стало попадаться грузовиков с цементом в бумажных пешках.
Не успел Павлик сообразить, что бы все это могло значить, как путники увидели, что шоссе впереди обрывается.
В конце сверкающей среди песков дороги стояла огромная машина, похожая на землечерпалку, а около нее несколько механизмов поменьше. По обочинам с обеих сторон выстроились вереницы грузовиков и автоцистерн. Дальше за этим скоплением машин шли пески, почти нетронутые, если не считать видневшихся то здесь, то там следов от автомобильных шин.
* * *
Они подошли к головной машине.
Никто не обратил на них внимания. Несколько шоферов с машин, ожидавших разгрузки, стояли около и тоже смотрели.
Огромная машина стояла. Около нее несколько человек о чем–то спорили или совещались. Но вот один из них махнул рукой, двое поднялись по металлическим лесенкам в кабину, остальные разошлись по другим машинам.
Раздался гудок, напоминающий пароходный, — «землечерпалка» тронулась. Она ползла медленно, твердой поступью, производящей впечатление неотвратимого и безостановочного движения. Ленты огромных ковшей бежали в разные стороны поперек направления хода машины. Они расчищали песок, разбрасывая его в стороны, — машина оставляла после себя ровную полосу: ее разглаживала напоследок огромная круглая металлическая щетка, расположенная в кормовой части «землечерпалки».
Впереди, загораживая путь, стоял высокий бархан с крутым сыпучим склоном. Гудение машины перешло на более низкий тон. В передней ее части включили какой–то новый механизм:
облако песчаной пыли возникло там. Такие же облака появились и с бортов «землечерпалки». Песок словно уносился сам, улетая прочь с пути диковинного механизма.