На секунду луч прожектора, метнувшись, осветил неприятельские укрепления, напряженные лица юнкеров, их застывшие от ужаса глаза.
Затем все слилось в один темный клубок. Еще мгновение — и торжествующий, победный крик раздался уже по ту сторону наваленных бревен.
Юнкера были смяты, опрокинуты, оттеснены.
Красногвардейцы разбрасывали бревна, выламывали двери, наваливались на ворота, карабкались по ним вверх.
И вот огромные железные ворота дрогнули, обе их половины стали медленно и плавно расходиться.
Точно лавина, устремились во дворец революционные отряды.
Перед ними открылась сияющая белизной широкая лестница, просторный коридор, уставленный мраморными статуями, увешанный картинами.
Юнкера стреляли сверху, прячась за перилами лестницы. Они притаились за колоннами и статуями и оттуда разили наступавших.
Враг был везде и нигде: он укрылся, стал незаметным, как в дремучем лесу. Он давал о себе знать внезапными выстрелами со всех сторон.
Приходилось продвигаться вперед осторожно, тщательно очищая от юнкеров одно помещение за другим.