— 58/10. Петя, поставь-ка банки, — в одном тоне сказал врач.
У Пети были подавляющей тяжести руки. Он прикасался к оголенной спине — становилось холодно и как будто мокро.
Петя ставил банки с видимым наслаждением, а снимал их — как выстрел.
Лежа животом вниз, Берман спросил:
— Давно ли работаете фельдшером?
— Третий месяц, — сказал Петя.
— Чем же вы раньше занимались? — еще надеясь на что-то, спросил Берман.
— Бандитизмом, — кротко ответил фельдшер Петя. Матвею стало жарко.
Сиделка осталась на ночь. Свет падал на ее рябое лицо. Оно было похожим на белые восковые соты.
Больной смотрел на нее. Она встала с табуретки и подошла к нему.