– Барбара. Послушай. Мы будем жутко счастливы. Без дураков. Ты думаешь, мы недавно знакомы. Я знаю. Но время такое паршивое. С этой проклятой войной весь мир вверх тормашками. Короче говоря, если двое любят друг друга, они должны друг за друга держаться. Да, они должны крепко друг за друга держаться. – Он всмотрелся в ее лицо уже с меньшим отчаянием, ободренный тем, что попал, как ему показалось, в самую точку: – Ты не согласна? – сдержанно спросил он.
– Не знаю, – сказала Барбара и расплакалась.
Она плакала мучительно, с надрывом. Испуганный силой ее горя и тем, что стал его свидетелем, но не сочувствующий этому горю, Рэй был плохим утешителем. В конце концов Барбара сама справилась со своей бедой.
– Все в порядке, – сказала она. – Пожалуй, мне лучше пойти спать.
Она неуверенно встала.
Рэй вскочил и схватил ее за руку.
– Я тебя увижу утром на теннисном матче, да? – спросил он. – Ты ведь играешь в парном финале?
– Да, – ответила Барбара. – Спокойной ночи.
– Не говори это т а к, – с укоризной сказал Рэй.
– Я не знаю, ка к я это сказала.