Лужевский продолжал неподвижно стоять на месте.
— Нет у нас подходящей работы, дедушка. Ведь земляную работу не сможешь делать? Восемнадцать кубических аршин не вынешь?
Размыкание горной породы струей воды.
— Нет.
— Ну, вот видишь. Приходи через час и получишь рассчет.
Лужевский сделал движение уходить.
— Завтра утром приходи, — добавил Адрианов.
— Хоросо, — тихо проговорил старик, повернулся и вышел.
Из окна видно было, как шел он своею стариковской походкой в казарму, короткими, но довольно быстрыми шагами, жалкий, покорный и несчастный.