– А ты кто такой? такой же якутъ, какъ и онъ! Воронъ ворону глаза не клюетъ!.. Да и неправда, я его вовсе и не билъ!..
– А это что – просилъ князь, показывая на покрытое синяками лицо Хабджія.
– А я почемъ знаю? – хладнокровно отвѣтилъ Костя, даже не посмотрѣвъ на якута: – должно быть самъ, себѣ сдѣлалъ.
Князь замолчалъ и, вынувъ ножъ, соскоблилъ имъ потъ со лба и съ лица.
– А зачѣмъ же ты его жену трогаешь? – спросилъ князь необыкновенно строгимъ тономъ.
– Трогаешь… – повторилъ, передразнивая его, Костя и приблизился къ нему. – Я – мужчина, – крикнулъ онъ – вотъ и трогаю… – и такъ ударилъ кулакомъ по столу, что тотъ затрещалъ, и что-то въ немъ сломалось.
Князь поблѣднѣлъ и отодвинулся немного.
– Ты не сердись – казалъ онъ ласковѣе – скажи, какъ и что… попроси волость… волость тебѣ не откажетъ и дастъ другую женщину. У этой уже есть свой мужъ.
– А если я не хочу другой?
Князь замолчалъ и отеръ потъ со лба.