– Нѣтъ, я не обѣщала ничего! Мой скотъ!.. – вздохнула женщина. – Пеструха стельная осталась, а у Лысухи уже былъ теленокъ, красивый, жирный… Охъ!.. Нѣтъ совѣсти у безносаго урода! Все заграбилъ!.. И ящики съ платьемъ заграбилъ… все…
– Какая-такая бываетъ совѣсть у людей, которые чего глазами не увидятъ!?. Каждый думаетъ, что другому лучше…
– Вѣрно! Я тоже не думала, что здѣсь такъ худо!..
– Такъ ты жалѣешь?
Анка промолчала.
– Нѣтъ! – сказала она задумчиво, – не жалѣю! Зачѣмъ жалѣть, когда нельзя измѣнить? Только бы насъ эта вѣдьма оставила въ покоѣ… Можетъ быть, Богъ пошлетъ намъ ребенка!? Проживемъ какъ-нибудь! А въ старости будутъ насъ дѣти беречь, какъ у… людей. Я долго останусь здорова. Возможно, что и дѣти наши останутся всю жизнь здоровыми… Вѣдь госпожа наша чудна, вѣдь иногда она щадитъ тѣхъ, кто близко, а беретъ издали… Тогда и здѣсь со временемъ зазвучали бы пѣсни и смѣхъ. Наполнились бы жилища, построились бы юрты, размножился бы народъ… Даже, если бы онъ умиралъ нашей смертью, то лучше, чѣмъ теперь, когда его нѣтъ… Не правда ли? Старость вездѣ скверна, вездѣ старики хвораютъ, а молодость веселится… Очень бы я, Грегоре́й, желала дѣтей!
– Пошто намъ теперь они?.. Безъ скота не будетъ народа! Отъ рыбы немного толку… Для рыбы, для звѣря, для промысла нужны крѣпость и ловкость… Еслибъ еще мы жили согласно – полъ-горя! Но теперь…
– И чего только ей нужно?.. Вѣдьма проклятая…
Якутка оборвала и обернулась въ ужасѣ, такъ какъ замѣтила въ взглядѣ Грегоре́я испугъ. Среди рѣчки стояла въ лодкѣ Мергень; красные лучи заката, падая сзади, рѣзко оттѣняли ея стройную фигуру. Теченіе несло ея лодку прямо къ „городьбѣ“. Она слегка правила длиннымъ весломъ и въ то же время внимательно обыскивала берега ястребинымъ взглядомъ. Она замѣтила ихъ, вскрикнула, присѣла и нѣсколькими крѣпкими ударами повернула лодочку, какъ волчекъ на мѣстѣ. Затѣмъ ловко погнала ее назадъ противъ теченія. У выхода въ озеро она оглянулась и погрозила имъ кулакомъ.
– Вотъ чортъ! И чего ей нужно?.. – проговорилъ изумленно Грегоре́й. – Не пріѣдетъ сегодня больше… можно лечь спать! Ты домой пойдешь, Анка, или останешься? Ночью будетъ, думаю, холодно!