— Вотъ изъ этого все поймете, сказала Тереза, подавая имъ письма. Священникъ прочелъ ихъ вслухъ и изумленный переглянулся съ изумленнымъ, въ свою очередь, Самсономъ. На вопросъ бакалавра: кто принесъ ей эти письма? Тереза отвѣчала, что ему и священнику стоитъ только зайти къ ней и они увидятъ тамъ прелестнаго, какъ архангелъ, пажа, присланнаго отъ герцогини съ письмами, ожерельемъ и другимъ еще болѣе дорогимъ подаркомъ.
Священникъ снялъ съ Терезы ожерелье, пересмотрѣлъ кораллы, и увѣрившись, что они не простые, удивился еще больше.
— Клянусь моей рясой, воскликнулъ онъ, я не знаю, что подумать и сказать. Съ одной стороны я вижу и осязаю доброту этихъ коралловъ, съ другой — читаю, что герцогиня присылаетъ просить двѣ дюжины жолудей.
— Переварите это, какъ съумѣете, отвѣчалъ Караско, а пока отправимся взглянуть на того, кто привезъ эти депеши; и чтобы разъяснить наши недоразумѣнія, разспросимъ его обо всемъ.
Священникъ и бакалавръ отправились къ Терезѣ, гдѣ и застали пажа, просѣевавшаго немного ячменя для своего коня, и Саншэту, нарѣзывавшую сало, чтобы зажарить его съ яйцами и угостить своего гостя. Красота и костюмъ пажа сразу расположили къ нему священника и бакалавра. Поздоровавшись съ нимъ, Сансонъ попросилъ его сообщить имъ извѣстія о Донъ-Кихотѣ и Санчо Пансо. «Хотя мы и читали письма Санчо и госпожи герцогини», добавилъ онъ, «но все-таки не поняли, что это за губернаторство Санчо на островѣ, особенно на островѣ; всѣ острова на Средиземнонъ морѣ принадлежатъ королю».
— Что господинъ Санчо — губернаторъ, отвѣчалъ пажъ, это совершенно вѣрно, но управляетъ ли онъ островомъ, или чѣмъ другимъ, я въ это дѣло не вмѣшиваюсь; скажу вамъ только, что во владѣніи его считается больше тысячи жителей. А что госпожа герцогиня проситъ жолудей, въ этомъ ничего удивительнаго нѣтъ: герцогиня наша проситъ иногда гребня у сосѣдки, не то жолудей; такая простая она. Наши знатныя арагонскія даны вовсе не такія гордыя и надутыя, какъ кастильскія и съ людьми обращаются онѣ гораздо проще.
Въ эту минуту въ горницу вбѣжала Саншета съ корзиной яицъ и обратясь въ пажу спросила его: «скажите, пожалуйста, что мой отецъ, ставши губернаторомъ, носитъ панталоны въ обтяжку?»
— Ей Богу, не замѣтилъ; должно быть носитъ, отвѣтилъ пажъ.
— Ахъ, какъ бы мнѣ хотѣлось увидѣть его въ панталонахъ въ обтяжку, воскликнула Саншета; это мнѣ съ самаго моего рожденія хотѣлось.
— Вамъ не носить ему панталонъ въ обтяжку, отвѣтилъ пажъ, когда онъ станетъ, я полагаю, ѣздить съ маской,[17] если только прогубернаторствуетъ хоть два мѣсяца.