Опять фигура зашевелилась. Ян поднял с дороги несколько камней и запустил одни из них в «привидение». Раздался слабый крик. «Привидение» вскочило и пробежало мимо него. Ян увидел, что его испугал не кто иной, как белая корова бабушки Невиль.
Сначала у него сильно дрожали колени, но потом он оправился и стал размышлять. Если безобидная старая корова могла лежать здесь всю ночь, то чего ж ему бояться? Он чувствовал себя гораздо спокойнее и высматривал маленький вяз. Теперь он шел медленно и держался левой стороны дороги. Он был не так близко к цели, как ему казалось, и прежнее волнение стало опять одолевать его. Он уж подумывал, не вернуться ли ему назад. Но нет, это было бы позорным бегством. Во всяком случае, если не разыскивать вяза, то надо было отчеркнуть мелом, до каких пор он дошел. Он приблизился к изгороди, чтобы сделать пометку, и вдруг к своему облегчению, футах в двадцати пяти от себя увидел вяз. Он отсчитал от дерева четыре межи на запад и сообразил, что теперь находится против могилы самоубийцы. Было, должно быть, около полуночи. Ему казалось, что невдалеке слышны какие-то звуки. Через дорогу виднелся белый камень. Ян был очень взволнован, но старался как можно спокойнее подползти к нему. Зачем нужно было это спокойствие, — он сам не знал. Он споткнулся в полной грязи маленькой канаве, которая окружала могилу. Добравшись до камня, он стал шарить по его поверхности своими холодными дрожащими руками, разыскивая веревочку. Если Калеб и положил ее здесь, то она теперь исчезла. Он достал мелок и написал на камне свое имя. О, как скрипел мел! Ян ощупал землю около каменной плиты. Веревочка нашлась. Очевидно, ее сбросил ветер. Ян потянул веревочку к себе. Маленький булыжник покатился по каменной глыбе с неприятным царапаньем, которое мрачно звучало в ночной тиши. Вдруг раздался не то вздох, не то стон; что-то шлепнулось не то в грязь, не то в воду. Послышалась борьба. Кто-то давил или душил другого. Ян в ужасе отпрянул. Губы его беззвучно шевелились. Воспоминание о корове несколько приободрило его. Он вскочил и, обливаясь холодным потом, бросился бежать со всех ног. Он бежал с такой поспешностью, что чуть не опрокинул человека, который его окликнул:
— Это ты, Ян!
Оказалось, что Калеб вышел ему навстречу. Ян не в состоянии был говорить. Он дрожал так сильно, что должен был опереться на руку старика.
— Что случилось, мальчик? Я слышал, но в чем дело?
— Н-н-не знаю, — бормотал Ян. — Это было на м… м… м… могиле.
— Я, действительно, что-то слышал, — сказал Калеб с беспокойством и добавил: — Через десять минут мы уже будем на бивуаке.
Некоторое время он вел Яна за руку, но когда они выбрались на меченую тропинку, мальчик уж совершенно оправился. Калеб шел впереди, нащупывая дорогу. Теперь Ян уже в состоянии был сказать:
— Я принес вам камень и написал свое имя на могильной плите.
— Молодчина! — с восхищением воскликнул Калеб.