Она пододвинула Яну липкую и грязную чашку для бритья, наполненную чудными сливками.
— Бидди, дай Яну хлеба!
Бидди разрезала булочку, должно быть, единственную, на два или три ломтя и положила на тарелку Яна.
— Масло, может быть, немножко прогоркло, — сказала хозяйка, заметив, что Ян его не берет. — Подожди!
Она опять подошла к полке и достала стеклянную банку с выщербленным краем и плоской жестяной крышкой. В банке, по-видимому, было варенье. Старуха сняла крышку и воскликнула:
— Ай-ай-ай!..
Затем она выудила пальцами дохлую мышь и выбросила ее за дверь, преспокойно заметив:
— А я-то думала: куда девалась проклятая мышь? Уж две недели я ее не видела и решила, что Том ее съел. И мухи тоже! Эта крышка неплотно пристает.
Опять она пустила пальцы в ход, чтобы вытащить кучу мух, которые покончили свое бренное существование, утонув в любимом лакомстве.
— Теперь кушай, Ян, кушай все до конца. У меня еще есть много варенья, — сказала бабушка, хотя очевидно было, что она подала на стол весь свой запас.