Тохтыш обмыла новорожденных соленой водой, намазала бараньим салом, под ручки и ножки заложила листья бадана и завернула в нагретые перед костром бараньи шкуры. Из прутьев бересты выстрогала два лука, несколько стрелок и, навешивая на свертки амулеты, держа сыновей над костром, пела обрядную песню:
Тридцатиголовая огонь-мать,
сорокаголовая девица-мать,
спустись, окружи и будь отцом!
Спустись, покрой и будь матерью!
Если придет злой дух со стороны,
то золотой лук заряди,
зловредный ветер не допускай…
Стадо объело верхушки камышей, тревожно заржало, замычало, заблеяло…
Тохтыш, подпираясь палкой, взнуздала лошадей.