ГЛАВА СОРОКОВАЯ
Окончательная победа Кенворти
Наступило самое торжественное мгновенье. Судья переглянулся со своей дочерью. Техник Сорроу насторожил уши.
— Сядьте поближе, мистер Сорроу, — шёпотом пробормотал судья, косясь на дверь.— Хоть я и знаю, что здесь нас никто не слышит, тем не менее описывать живого майора— это вовсе не то, что мертвого!
Когда Сорроу придвинул уши чуть ли не к самому рту судьи, этот последний начал свое показание:
— Знаете, мистер Сорроу, что ни я, ни моя дочь — мы не из трусливых. Если мы проявляем сейчас... гм... гм... некоторую нервность, то потому, что судьба всех, знавших майора, поистине наводит на, размышление. В нашем городке не осталось в живых никого, Кто имел несчастье знать этого низкого человека так же коротко, как мы. Вокруг его фамильного замка устроены чуть ли не проволочные, загражденья. Про самый замок жители рассказывают такие страсти, что это отбивает охоту приближаться к нему. Экономка майора, как говорят, сошла с ума. Вы понимаете, что, если майору выгодна фигура умолчания, поставленная взамен его особы, он не постесняется поблагодарить меня за многоречие пулей, ядом, доносом, тысячью непредвиденных вещей.
— К делу! — лихорадочно перебил Сорроу. — Опишите мне наконец этого человека, да так, чтоб я мог его узнать без карточки в руках!
— Имейте терпенье, — прошептал судья.— Внешность майора напоминает... Позвольте, я начну с деталей. Три года тому назад майор, только что вернувшийся из Малой Азии, увидел мою дочь на прогулке...
—К делу, сударь!—отчаянно простонал, Сорроу.—Вашу дочь я вижу своими, глазами. Опишите мне наружность майора!
— Сэр, — с достоинством проговорил ульстерскйй судья, — без шей дочери я не увидел бы и самого майора, и если б я не увидел майора, вы бы никогда не услышали от меня его описание! Надо иметь в виду всю причинную связь, если хочешь получить полное представление о предмете. Итак, мистер! Сорроу, майор встретил мою дочь на прогулке, влюбился в нее и попросил разрешения бывать в нашем доме. Я вдовец и потому очень боюсь незнакомых мужчин. Узнав об этом, я первым долгом раскрыл справочную книгу, составленную для меня моим другом, нотариусом. Что там стояло возле имени майора Кавендиша? Там стояло, кроме всего прочего, два слова: неизлечимый сифилитик и бабник. Пэгги, душа моя, заткни уши!