И, высвобождаясь, она провела рукой по лбу и глазам.
— Вам лучше? — спросил Мишель заботливо.
— Да.
— Вы мне обещаете быть сегодня вечером благоразумной, не слишком думать о тех вещах, которые причиняют вам огорчения. Постараться убедить себя, что если ничто не может вам вернуть тех, кого вы потеряли, вы имеете теперь новую семью, любящую вас, заботящуюся о вас и желающую вашего счастья?
— Да.
Он смотрел на нее внимательно, в полутьме, пытаясь угадать выражение ее изменившегося лица. Карета остановилась перед подъездом Кастельфлора.
Когда оба проходили через переднюю, Сюзанна остановилась.
— Я вас не поблагодарила, Мишель. Вы были для меня настоящим другом… добрым, таким добрым!
Он также остановился. Как только что в карете, он взял руку Сюзанны, затем подержав ее, сжимая в своей и слегка улыбаясь, он обвил свою невесту немного необычным взглядом, который, казалось, шел очень издалека и как бы сквозь завесу.
— Это вы восхитительно добрая, — сказал он.