Рука Тремора повернулась и пожала сострадательные пальчики.
— Колетта права, вы ужасная обольстительница, — сказал он совсем тихо.
— Но вы так мало поддаетесь обольщению, что я не вижу, чего вам бояться, — пробормотала она еще тише.
И, освобождая свою руку, она взяла вновь бокал и выпила несколько глотков шампанского; затем, так как Тремор не сводил с нее глаз:
— Я кончила, — сказала, она, если вы чувствуете жажду, я даю вам остальное.
— Благодарю вас.
— Вам противно? — спросила она так серьезно, что он не мог удержаться от смеха.
— Совсем нет, мне не противно; какое вы еще дитя!
— Следовательно, вы боитесь узнать мои мысли?
— Может быть, — сказал он.