Начиная повествование о генеральном штабе, о «мозге армии», который должен охватывать войну в целом, нам искренно также хотелось преподнести его читателю «в виде небольшого томика в восьмерку». Но мы заранее убедились в тщетности наших намерении. Не скроем, что и мы мечтали «оставить в стороне все обыденное, общеизвестное и принятое, сто раз высказанное», – старались это делать, но, конечно, не преуспели. Желание показать читателю жизнь так, как она протекала в генеральном штабе, заставило свернуть нас с пути, начертанному сто лет назад более могучей головой, чем наша.
Сознаемся, что перед читающим наш труд проходит «все обыденное, общеизвестное и принятое, сто раз высказанное». Может быть, это нам будет поставлено в упрек, а может быть… кто-нибудь и прочтет с интересом. В сущности, в жизни постоянно встречаем «все обыденное» и «общеизвестное», но это не мешает человечеству снова искать истину, когда она давно найдена. В этих видах считаем, что и наш труд окажется небесполезным военному, поставившему себе целью не только «блистать во главе кавалерийского полка», но идти и к более высшим должностям. Метод повторения – не плохой метод…
От нас ждут, что мы займемся подведением «итогов» сказанному в нашем труде или «размышлением» по поводу написанного.
Но, как известно, «итоги» в современной военной литературе не считаются криком моды, кроме того, мы и не довели наше повествование до конечной его главы.
Что же касается «размышления», то во введении мы сознались в отсутствии у нас склонности к «философическим» словоизлияниям и на всем протяжении нашего труда делились с читателем своими думами о том или ином жизненном факте.
Мы ввели его в здание, именуемое «генеральным штабом» или в обыденной жизни «мозгом армии», познакомили в общих чертах с организацией этого учреждения, побывали в кабинете у начальника штаба, отрекомендовали некоторых персонажей из сего высокого учреждения и затеи просмотрели лишь часть работы генерального штаба. Впереди еще предстоит познакомиться с большей частью функциональной деятельности «мозга армии»…
Нами приводилось суждение наших видных военных писателей, кон с недоверием смотрят на «гроссбухи». Может быть и перелиставший наш труд придет к таким же выводам, – тогда не будем занимать его внимание и постараемся не встретиться с ним на литературном пути..
Но с тем, кто решит пожертвовать временем и раскроет вторую книгу нашего труда, мы охотно готовы снова побеседовать…
«Я ставил свое честолюбие в том, – пишет Клаузевиц, – чтобы написать такую книгу, которую бы не забыли через два-три года, которую интересующийся делом мог бы взять в руки не один лишний раз».
Мы далеки от такого «честолюбии» и не рассчитываем, что нашу книгу вспомнят даже через год. Мы были бы удовлетворены, если «интересующийся делом» прочитал бы ее один только раз, полагая, что и тогда она принесла бы ему кое-какую пользу.