Соколов. – Я перейду к другой области. Вы упомянули о том, что Елисавета Федоровна знала вас по московской вашей деятельности. Какой случай мог великой княгине напомнить о вашей деятельности?
Климович. – Помимо всяких случаев, я бывал у великой княгини, как частный знакомый.
Соколов. – Возникали у вас разговоры по поводу вашей деятельности?
Климович. – Она спрашивала меня: как в городе? Все ли благополучно? Я бывал у нее часто, так как я относился к ней с глубоким уважением и пользовался, с своей стороны, ее вниманием, чисто личным…
Соколов. – Вам не приходилось говорить с великой княгиней в период влияния Распутина на ход государственных дел?
Климович. – Приходилось.
Соколов. – Приходилось выслушивать мнение ее?
Климович. – Великая княгиня прямо мне не говорила, точку на i не ставила, но я совершенно определенно чувствовал крайне отрицательное ее, должен сказать скорбное, отношение, к тому явлению, которое называется «распутинщиной». Ведь она очень кроткая.
Соколов. – За вашу деятельность московского градоначальника были там домогательства со стороны союза русского народа по отношению к градоначальнику, вмешивались ли патриотические организации в деятельность градоначальника: представляли ли они свои донесения, требовали ли арестов?
Климович. – Простите, какие организации?