Председатель. — Что Белецкий — глупый или умный человек?
Кафафов. — Он человек очень хитрый, очень талантливый и, как малоросс, упрямый.
Председатель. — И очень умный?
Кафафов. — Он не очень развит.
Председатель. — Вы очень волнуетесь… На чем вы остановились?
Кафафов. — Я остановился на том, что два циркуляра было издано вопреки моему желанию, не за моей подписью, и я об этом говорю всем. Теперь, значит, по отношению к первому циркуляру. Второй циркуляр был только смешон, и потому он был отменен, — я просил оба отменить, но отменили этот один.
Иванов. — Он был не послан?
Председатель. — Посланный был отменен, т.-е. поискали таланты некоторое время, но эти поиски министром были прекращены.
Кафафов. — Так вот обстоятельства, при которых первый циркуляр был послан. Затем появился запрос в государственной думе. Алексей Николаевич Хвостов хотел лично дать объяснения по этому циркуляру.
Председатель. — По еврейскому?