Председатель. — Вы приняли меры, чтобы они были назначены?
Протопопов. — Есть сроки.
Председатель. — Никаких сроков не было. Я все это дело знаю.
Протопопов. — Но что 30 тысяч за Котлецова заплачено, — это мне совершенно неизвестно. Как видите, они проведены по литературному кредиту. Я положительно этого не усматривал.
Председатель. — Они проведены по литературному, как и многие другие?
Протопопов. — Я должен сказать, что я не только не успел подробно рассмотреть этих отчетов, но я даже совершенно не знаю отчетов департамента полиции. Мне некогда было до них дойти… Г. председатель, разрешите мне спросить по поводу дела Перрена. Я вспомнил, когда я его видел; я составил себе гранки 1914–15–16 г.г., и прихожу к убеждению, что я его видел до войны за несколько месяцев.
Председатель. — Вы помните, к какому времени относится телеграмма, которую я оглашал?
Протопопов. — Я все это соображал и все записал. Я его видел раз в жизни.
Председатель. — У вас есть несколько документов, которые вы должны нам предъявить. Мы их разобрали.
Протопопов. — Они ужасно написаны, я экономил бумагу.