Мануйлов. — Я к Штюрмеру приезжал, когда хотел; у меня не было часов для занятий. Я продолжал писать в «Вечернем Времени», где был занят от 12 до 2-х.
Смиттен. — А никаких поручений, связанных с личностью Распутина, у вас не было, вы не получали от Штюрмера?
Мануйлов. — Было несколько раз. Один раз он был очень смущен холодным приемом у царицы и просил узнать, в чем дело.
Председатель. — Когда это было?
Мануйлов. — Это было в самом начале. Оказалось, что ничего серьезного не было.
Смиттен. — Вы спрашивали по этому поводу Распутина?
Мануйлов. — Да. Оказалось ничего особенного, она просто была чем-то расстроена, но не против Штюрмера.
Смиттен. — И Штюрмер вас просил справиться у Распутина, не знает ли он причины?
Мануйлов. — Да. Затем надо было что-то узнать в Царском Селе. Но все это были мелочи.
Иванов. — Распутин находился под особой охраной?