Председатель. — Что вы делали в 1906, 7 и 8 годах?
Курлов. — После того, как я ушел из Минска? Я находил, что мне довольно тяжело было быть в Минске…
Председатель. — Быть может, вследствие ненависти, которая существовала по отношению к вам у местного населения?
Курлов. — Я не скажу, чтобы у местного населения существовала… А дело в том, что было неприятно после этих событий продолжать быть губернатором в этой губернии. И когда я был здесь, я просил министра внутренних дел, чтобы мне дал другую губернию. Мне была обещана нижегородская губерния. Затем, в это время переменились министры, т.-е. ушел Дурново и был назначен, если не ошибаюсь, П. А. Столыпин, и ему, как мне сказал директор департамента общих дел, Дурново ни слова об этом обещании не сказал. И нижегородская губерния была занята лицом гораздо моложе меня. Тогда я просил меня причислить к министерству, и я был причислен.
Председатель. — Когда на вас было покушение в 1906 году, вы состояли в должности минского губернатора?
Курлов. — Да, это было в январе.
Председатель. — Это покушение стояло в связи с расстрелом толпы?
Курлов. — Должно быть. По крайней мере, насколько это выяснилось на суде.
Председатель. — Покушавшиеся на вас были казнены?
Курлов. — Один. А другой был сослан на каторжные работы.