Лахтина [надо: «Лохтина»]. — Нет. Если я писала — под его диктовку телеграмму, то копия ее оставалась.

Председатель. — А такого содержания телеграмму, вы не припомните?

Лахтина [надо: «Лохтина»]. — Нет.

Председатель. — Бывая около Распутина, вы не видели, что он пользуется своим влиянием не только для того, чтобы проповедывать святую жизнь, но и для того, чтобы направлять деятельность людей в политической их жизни не туда, куда бы эти люди хотели, а туда, куда хотелось ему?

Лахтина [надо: «Лохтина»]. — Я этого не видала.

Председатель. — Будьте добры сказать всю правду, какую вы знаете, расскажите следователю, который вас допросит. Мне кажется, вам будет жарко, вы икону выньте и можете ее взять.

Лахтина [надо: «Лохтина»]. — Почему вас так беспокоит моя шуба?

Председатель. — Не ваша шуба, но я озабочен тем, чтобы вам не было внешних неудобств, так как вам придется несколько часов здесь остаться.

XLII.

Допрос С. Е. Виссарионова