— Такъ вѣдь это былъ бы не такой магазинъ.
— А какой же?
Порфирій не могъ сразу найти выраженія для своей мысли.
— Ну, не дрались бы тамъ, не плакали бы, — рѣшилъ онъ. — Жили бы вотъ такъ, какъ теперь у Игнатьевны, тихо, весело, только работали бы.
— Да, толкуй, а все же и товарищи порядочные не пошли бы къ намъ, тутъ говорить неловко. Вотъ они и ко мнѣ не ходятъ.
— Ну, и чортъ съ ними!
— Нѣтъ, братъ, соскучишься… О чемъ я дома стану говорить съ матерью и Игнатьевной? Необразованныя онѣ! А у товарищей разговоры, книжки, о театрѣ, обо всемъ говорятъ… Вотъ ты не ходить къ нимъ, такъ и не знаешь, какъ у нихъ хорошо.
— Плевать я хотѣлъ на ихъ книги и разговоры!
— Такъ и оставался бы портнымъ безграмотнымъ, — разсердился Ардальонъ.
— Ай! — раздался крикъ позади заспорившихъ молодыхъ людей.