Дѣйствительно, это было такъ просто!
— А ты? спросила Евгенія Александровна, обнимая мужа и ласкаясь къ нему. — Ты позволишь имъ жить у меня?
— Да мнѣ-то что? небрежно замѣтилъ Ивинскій и улыбнулся снисходительной улыбкой:- Я ихъ не увижу почти. Мнѣ нужна ты и только ты!
Онъ нѣжно поцѣловалъ жену.
— Тамъ внизу совершенно пустой этажъ. Можно отвести имъ нѣсколько комнатъ, взять гувернера или кого тамъ надо, сказалъ онъ.
— Жакъ — ты ангелъ! воскликнула Евгенія Александровна, цѣлуя его руку. — Ты возвращаешь мнѣ спокойствіе!.. Но если она ихъ не отдастъ?..
— Ахъ, Женя, какія глупости! проговорилъ мужъ съ улыбкой. — Что за особенное благополучіе няньчиться съ чужими дѣтьми! Они, я думаю, княжнѣ уже давно успѣли надоѣсть…
— О, ты ее не знаешь! Она изъ ненависти ко мнѣ не отдастъ ихъ! возразила Евгенія Александровна.
— Тогда мы велимъ отдать ихъ, многозначительно отвѣтилъ господинъ Ивинскій. — Вообще, дитя мое, ты ужасно впечатлительна. Надо-же привыкнуть смотрѣть хладнокровно на вещи. Тебя волнуетъ такой пустякъ, какъ какая-то выжившая изъ ума старуха. Ну, поупрямится и покорится необходимости. Право на твоей сторонѣ и, надѣюсь, на твоей-же сторонѣ средства заставить людей уважать это право. Надо-же, наконецъ, тебѣ понять, что ты не какой-нибудь беззащитный ребенокъ.
— А ты мнѣ поможешь, если это понадобится? ласковымъ тономъ спросила Евгенія Александровна, заглядывая ему въ глаза.