Ольга вся вспыхнула и прошептала въ смущеніи:
— Я такая дѣвочка передъ вами… глупенькая… смѣшная!
— Милая моя, что вы выдумываете! засмѣялся Рябушкинъ, пожимая ея руку. — Мы-же съ вами старые друзья!
Она вдругъ подняла на него молящій, полный слезъ взглядъ.
— Петръ Ивановичъ, прошептала она едва слышно, — ради Бога никогда, никогда, не оставляйте меня!.. Я вѣдь совсѣмъ одна на свѣтѣ…
У него даже сердце защемило отъ этой мольбы.
«Бѣдная дѣвочка! думалъ Петръ Ивановичъ. — Тяжело ей придется жить у матери. Впрочемъ, выйдетъ замужъ. Долго не засидится. Хороша собой, молода!.. Да, счастливъ будетъ тотъ, кто заставитъ ее полюбить себя. Она такая чистая, такая невинная, такая кроткая! Изъ нея, какъ изъ воска, все можно вылѣпить. Только-бы не попалась въ руки какого-нибудь свѣтскаго негодяя, какого-нибудь сластолюбиваго старца! Отъ этого ее спасти надо!»
И точно, Ольга была большой, наивный ребенокъ, жаждавшій только ласки и любви. Ея душа была безмятежно спокойна и ясна и только боязнь, остаться одинокой послѣ выпуска смущала ее. Подчасъ она мечтала, что она навсегда останется въ институтѣ, какъ въ монастырѣ монахиня, что она будетъ вѣчно среди знакомыхъ классныхъ дамъ, среди знакомой обстановки и тихо, тихо доживетъ здѣсь свой вѣкъ. Иногда ей грезилось, что хорошо-бы было, еслибы мать позволила ей уѣхать къ Софьѣ, жить въ деревнѣ, учить дѣтей и тоже жить тихо, тихо тамъ, въ глуши, гдѣ ее будутъ всѣ любить и уважать, какъ добрую учительницу. Порой ей приходило въ голову, что было-бы еще лучше, если-бы тамъ былъ и Петръ Ивановичъ. «Онъ такой добрый, ласковый, думала она. — Я съ нимъ близка, какъ съ братомъ; отъ него я ничего не могу скрыть; когда онъ со мною, я счастлива и покойна». Чѣмъ болѣе приближалось время выпуска изъ института, тѣмъ страшнѣе становилась для Оли мысль о переѣздѣ въ домъ матери. Она совсѣмъ не знала мать; окружающихъ матъ людей, своихъ родныхъ она не любила; ей казалось страшнымъ переселеніе въ этотъ кругъ. Ей казалось, что она не съумѣетъ тамъ ни говорить, ни держать себя. А время летѣло быстро и пора послѣднихъ экзаменовъ, пора выпуска приближалась…
Разъ во время посѣщенія Петра Ивановича Ольга обратилась къ Рябушкину съ вопросомъ:
— Петръ Ивановичъ, вы не знаете, здѣсь-ли моя мать?