Повидимому, онъ снова не слушалъ сказку и былъ поглощенъ своими думами.
— Нѣтъ, голубчикъ, теперь нѣтъ, отвѣтила Софья.
— А ma tante не лягушка-царевна? спросилъ мальчикъ.
— И что это вы, голубчикъ! проговорила Софья не безъ смущенія.
Мальчикъ улыбнулся кроткой дремотной улыбкой.
— Нѣтъ, пусть она будетъ лягушкой-царевной, проговорилъ онъ. — Та добрая, добрая…
Софья ровно ничего не понимала изъ того, что происходило въ дѣтской головкѣ.
— Ну, слушайте же, прервала его она и продолжала:
— Взялъ царь у большого сына рубашку и сказалъ: «Въ черной избѣ ее носить!» Разошлись царскія дѣти; двое то и судятъ между собою…
Софья взглянула на лицо мальчика: онъ закрылъ глазки и лежалъ неподвижно съ мягкою улыбкою на лицѣ.