— Я вамъ не помѣшалъ? — спросилъ онъ Лизу.
— Напротивъ того, я рада, что встрѣтила васъ, — отвѣтила она. — Я, вотъ, хотѣла васъ поздравить съ вашею будущею поѣздкой за границу…
— Кто это вамъ сказалъ такую штуку? — засмѣялся Задонскій, стараясь подавить смущеніе.
Лиза указала на Борисоглѣбскаго.
— Вы, однако, больше меня самого знаете о моихъ планахъ, — насмѣшливо проговорилъ Михаилъ Александровичъ.
— Вашихъ плановъ я не знаю, а вотъ планы вашей тетушки случайно сдѣлались мнѣ извѣстными, — спокойно и холодно отвѣтилъ Борисоглѣбскій. — И я счелъ своею обязанностью сообщить ихъ Лизаветѣ Николаевнѣ… Неожиданности и сюрпризы иногда нездоровы…
— Ну, до меня планы моей тетки не касаются; къ тому же я вышелъ изъ тѣхъ лѣтъ, когда люди подчиняются чужой волѣ,- презрительно замѣтилъ Задонскій.
— Лѣта-то тутъ ни при чемъ. Все зависитъ отъ того, кто намъ выражаетъ свою волю, — усмѣхнулся Борисоглѣбскій.
Задонскій строго и надменно посмотрѣлъ на него.
— Что вы этимъ хотите сказать? — угрожающимъ тономъ промолвилъ онъ и, кажется, однимъ взглядомъ хотѣлъ уничтожить Борисоглѣбскаго.