— Гриша сказал, что он идет к вам, а не к Диме.
— Значит, еще сердится! Скажите, ему, ми лая Анечка, чтобы он простил ему. Знаете, он с нами совсем другой стал. И Агнеса Петровна тоже замечает. А Гриша такой справедливый, такой добрый сам, он должен смягчиться.
Пришла Агнеса Петровна. Аня и Леля стали ее целовать.
— Ну, ну, вы все румяна на моих щеках сотрете! — пошутила она. — Покажитесь. Какие вы сегодня нарядные.
Молодые девушки, смеясь, поворачивались в ту и другую сторону, чтоб показать свои новые серые платья, а Агнеса Петровна с Мурочкой разглядывали и хвалили.
— Ваша мама — мастерица, у неё золотые руки, — сказала Агнеса Петровна. — Вот, Мурочка, учись быть такой дельной и искусной, как «фрау Дольников».
— Что же это девицы забились в угол? — послышался веселый голос, и в комнату вошел Алексей Алексеевич, а за ним тетя Варя. — Танцевать! Танцевать!
Леля и Аня застенчиво вышли в гостиную и остановились в дверях. Аню сейчас же пригласил студент, а Мурочка взяла за руку Лелю и сказала умоляющим голосом:
— Душечка Леля! возьмите меня за даму, будьте кавалером. А то меня никто не возьмет.
Агнеса Петровна села за рояль играть кадриль, и все стали танцевать, а Николай Степанович стоял в дверях со своим товарищем по службе и весело улыбался.