Выбросили и те два трупа.
— Эх, дураки… Холоду напустили, — сказал Зыков.
— Законопатить можно. Эвот сколько ковров, — ответил рыжий. — Эй, пошукай-ка, братцы, гвоздочков.
Зажгли все лампы.
— А внизу кто? — спросил Зыков.
— Приказчики, да Мавра, стряпуха ихняя.
— Позвать стряпуху. — И сел на кресло.
Мавра была слегка подвыпивши. У самой двери она брякнулась на колени и поползла к Зыкову, голося басом:
— Ой ты, свет ты наш, ты ясен месяц… Батюшка, кормилец, не погуби… Разбойничек ангельский…
— Дура! Ты купчиха, что ли? Встань…