Командиры и бойцы, узнав, что Макаренко умирает, пришли к нему в палатку и стали вокруг его кровати.
— Прощайте, друзья, — собрав силы, сказал раненый. — Я умираю, но вы будьте храбрыми до конца. А хорошо мы им всыпали…
Макаренко похоронили в Тараще.
* * *
Первая конная армия, зайдя в тыл противнику, на стыке 6 и 2 его армий, в районе Сквира — Казатин прорвала польский фронт. Вражеские войска, не выдержав удара, обратились в бегство.
В беседе с сотрудником «УкрРОСТА» о положении на Юго-Западном фронте товарищ Сталин говорил так:
«Рейд нашей конницы начался пятого июня. Утром этого дня, свернутая в кулак, красная конница ударила по второй польской армии, прорвала неприятельский фронт, рейдом прошла район Бердичева и утром седьмого июня заняла Житомир.
О подробностях занятия Житомира и захваченных трофеях уже сообщалось в печати, говорить об этом не буду, отмечу лишь кое-что характерное. Реввоенсовет Конной армии доносил штабу фронта: „Польская армия питает абсолютное пренебрежение к нашей коннице. Мы считаем своей обязанностью доказать полякам, что конницу надо уважать“. После же прорыва тов. Буденный пишет нам: „Паны научились уважать конницу; бегут, очищая перед нами дорогу, опрокидывая друг друга“»[31].
Белополяки, отступая, старались разрушить все то, что не могли взять с собой. Горели здания, взрывались мосты… В Киеве белополяки перед уходом взорвали электрическую станцию, водопровод и мост через Днепр. Они подожгли пакгаузы на товарной станции, мародерствовали, издевались над жителями. Но недолго продолжался панский разгул. Первая конная армия, под командованием Ворошилова и Буденного, гнала захватчиков вон из Советской страны.
Белопольские армии бежали, оставляя по дороге обозы, оружие, автомобили и ящики, наполненные ценностями.