Этот бандит и изменник, выдвинутый кулачеством на борьбу с пролетарской диктатурой, был глубоко ненавистен Котовскому.
Махно уклонялся от боя. За день его конница проходила больше ста километров. Махно не боялся загонять лошадей; у изворотливого «батьки» всюду были свои агенты среди кулаков. Его банды то совершали дерзкие набеги, громили обозы и склады, то рассеивались.
Десять дней гнались котовцы по снежным полям Украины за махновскими бандами. Были пройдены Канев, Лубны, Ромодан, Лохвица, Ромны, Сумы — больше 500 километров. Изнуренные кони падали с ног. А тут еще наступила гололедица.
Махно успел уйти от преследования.
Как досадовал Котовский! Но он не переставал надеяться, что ему представится случай уничтожить махновскую банду.
На случай возможного появления Махно Котовский 4 марта 1921 года отдал специальный приказ по 17 кавалерийской дивизии о приведении ее в полную боевую готовность.
Котовский требовал подковать и перековать весь конский состав, обязывал привести в порядок все походные кухни. Командиры должны были готовить кавалеристов к боевым действиям:
«Комбригам и комполков немедленно ввести в программу ежедневных строевых занятий сомкнутый строй при атаках против конницы, проделывая это наглядно, каждым эскадроном и полком отдельно, приучая людей и лошадей идти совершенно сомкнутым строем на большом аллюре.
Комбригам и комполков разъяснить в беседах низшему комсоставу и всем бойцам полков значение сомкнутого строя при конных атаках и против кавалерии противника, когда противник опрокидывается и разбивается не свалкой, а штыком. Это дает потом возможность быстро добить и уничтожить противника»[40].
Котовцам не пришлось больше встретиться с Махно. Летом 1921 года другие части Красной Армии, под руководством М. В. Фрунзе, уничтожили махновокие банды. Сам же «батько» Махно, оставив свои тачанки на берегу Днестра, удрал в Румынию.