Анатоль (в пальто, с палкой, тяжело опускается в кресло, которое стоит у окна). Ах, я устал — я нервничаю, я сам не знаю, чего я хочу…
Макс. Уезжай!
Анатоль. Зачем?
Макс. Чтоб сократить конец!
Анатоль. Что ты понимаешь под словом — конец!?
Макс. Уже не раз мне приходилось видеть тебя в таком состоянии — в последний раз, помнишь, ты долго не мог решиться распроститься с той глупой девчонкой, которая, право, не стоила твоих страданий.
Анатоль. Ты думаешь, что я ее больше не люблю?..
Макс. О! Это было бы великолепно… в этой стадии уже не страдают!.. Теперь ты проделываешь нечто худшее, чем сама смерть — это что-то медленно отравляющее.
Анатоль. Однако, у тебя манера преподносить приятные вещи! — Но ты прав — это агония!
Макс. Сознавать свое положение — в этом уже есть что-то утешительное. И не нужно тут никакой философии! — Не к чему забираться в глубины великой всеобщности; — достаточно будет понять особенность данного случая и обнажить его глубокие корни.