Актриса. Что вы, я прямо роскошествую по-царски.
Граф. Видите ли, фройляйн, с вами можно просто поболтать, об этом и Лулу мне говорил, а это такая редкость.
Актриса. Особенно в Венгрии.
Граф. Но и в Вене тоже! Люди везде одинаковы; там, где их больше, больше и толкотни, вот и вся разница. Скажите, фройляйн, а вы — любите ли людей?
Актриса. Люблю? Да я их ненавижу! Видеть их не могу! Да я никого и не вижу. Я всегда одна, в этот дом никто не приходит.
Граф. Видите ли, я так и полагал, что вы великая мизантропка. В искусстве это не редкость. Когда так витаешь в высших сферах… Но вам-то легко. Вы по крайней мере знаете, зачем живете!
Актриса. Кто вам это сказал? Я понятия не имею, зачем я живу! ГРАФ. Умоляю, фройляйн, — успех, слава…
Актриса. Разве в этом счастье?
Граф. Счастье? Умоляю, счастья не бывает на свете. Вообще, как раз о чем больше всего говорят, того-то и не существует… Любви, например. Тоже из этого ряда.
Актриса. Тут вы, пожалуй, правы.