Пораженные неожиданным исходом дела, рыбаки молчали, насупленно глядя в землю, слушая, как хрипит, разрывается дыхание в груди Семена.
Егор опомнился первый, затравленно оглянулся, словно ища помощи.
— Да разве он у тебя одного рыбу купил? А? Рыба наша, общая. Какое он имеет право не платить?
— Он и говорит: «Твой пай выверну, а остальным уплачу по справедливости», — сказал Семен.
— Ишь как, ребята, — зло заметил Панфил, — он всегда справедливостью в глаза колет. Чуть чего, сейчас — по справедливости, дескать, так полагается. Что и говорить, бухгалтерию завел, куда там.
— А я вот пойду побалакаю с ним. Я эту бухгалтерию вдребезги разнесу! — сказал Егор, расталкивая плечом рыбаков.
Ему загородил дорогу Илья.
— Подожди, кум, — тихо, но властно остановил он.
— Чего ждать? Докуда?
Егор рванулся, но теснимый Ильей, снова очутился в кругу. Илья напирал: