— Живой, живой… Ничего… Вы-то как? Управились со снастями?
— Все собрали… А женская бригада поплыла к берегу на отдых. Пускай обсушится…
— Доберутся ли?
— Доберутся — ветер небольшой… А гроза — прям, страхота. Давай-ка, батя, живо в катер — в сухое… Ну-ка…
— Ни-ни, сынок, — воспротивился Панфил. — Я, брат, с кормы не сойду… Ты, сынок, сыми-ка с меня рубаху. В море я не купаюсь, так пусть теплый дождик пополоскает старые кости…
— А то пошел бы в катер. Вишь, как заливает…
— Никуда я не пойду… Мне тут легче, сынок. А солнышко на утро глянет — враз обсушусь…
Голос Панфила звучал молодо среди шума ливня.
— Ну, как знаешь… Чудной ты, батя… Ты, видать, и помереть хочешь не так, как все люди…
— Вот и умру… По-своему… А чего мне, — пошутил Панфил. — Сыми рубаху, тебе приказываю…