Националист
После обеда из бананов и орехов мы утолили жажду свежей ключевой водой, легли на свои постели из молодой зеленой травы и заснули блаженным сном, каким могут только спать люди, чудом избавившиеся от разъяренных волн, после долгих мук и голодовки.
Такой сон не нарушается печальными сновидениями. Такой сон тянется долго и кончается только тогда, когда наступает яркое утро, когда первые нежные лучи солнца приветливо ласкают ваше лицо. Вы тогда медленно открываете глаза, расправляете свои члены. Перед вашими глазами проходит ряд картин вчерашнего дня, и вы спрашиваете себя:
— Где я?
Каждый из нас тихо поднялся со своего места, натянул на себя не совсем еще высохшую одежду, и по одному мы выбрались из своего убежища, подошли к ручью, освежили руки и лица холодной кристальной водой и залюбовались окружающей нас природой, восхищаясь синей лентой лесов, легкими контурами гор и ярким сиянием солнца. Потом мы все повернулись лицом к лесу, чтобы дать возможность нашей единственной даме умыться и привести себя в порядок, как полагается даме.
После этого мы поздоровались друг с другом, расспрашивая, кто как поспал. И невольно у каждого вырвался один и тот же вопрос:
— Ну, а что дальше делать?
От главной заботы — насчет еды и питья — мы, слава Б-гу, избавлены. Вокруг нас, на деревьях — бананы и орехи, в горном ручье журчит вода. По-видимому, на этом острове мы с голоду не умрем. Есть, конечно, известные привычки и потребности, от которых трудно отказаться, например: стакан чаю по утрам или чашка кофе с молоком, сигара и любимая газета. А ведь всегда жаждешь того, чего нет… Я не помню, кто первый из нас заговорил про чай и молоко, но как только эта тема была затронута, тотчас же начался продолжительный разговор. Один захотел чая с молоком, второй — кофе с молоком, а третий заметил:
— Не надо молока, лишь бы чая.
Но его перебил четвертый: