— Где ваши глаза? — ответил другой.
— Если бы достать хоть какую-нибудь посудину! — мечтательно заметил третий.
— Если вы позволите, — отозвался рабочий, — я подою парочку коз. Почему вы так удивлены? У меня дома была коза, и я сам ее доил.
— А во что вы будете доить?
— Каждому в его шапку.
Предложение это было встречено громким смехом, словно рабочий предложил нам одной ногой вскочить на небо. Но потом смех прекратился. Желание отведать молока было велико, и перед ним стушевались все возражения. Мы протянули рабочему или, как мы его называли, пролетарию свои шапки. Первый пример показал миллионер. Он снял свою шляпу и поднес ее с такой миной, с какой король или, по крайней мере, министр подносит свой стакан у минерального источника в каком-нибудь Мариенбаде или Карлсбаде и просит налить ему целебной влаги, которая отвратительна на вкус. Но что поделаешь: доктор велит пить натощак.
После него мы все потянулись, а также и дама со своей шляпой.
Небольшая заминка произошла с ортодоксом. Сперва он упрямился, сомневался: пить ли ему. А потом, когда он, наконец, убедил себя подходящим изречением, встало другое препятствие: как пить без шапки. Но ученый еврей всегда найдет выход. Полой своего сюртука он покрыл голову, а шапку протянул пролетарию. Конечно, атеист высмеял его, назвав ханжой. Но ортодокс и бровью не повел: прочитал молитву и с набожным видом выпил молоко. Словом, все было, как говорят в Америке, ол-райт.
Когда все общество вдоволь налакомилось молоком, пролетарий сел наземь под одну из коз и стал сосать весьма простым образом. Это уж нас поразило, и мы отвернулись, сели на душистую мягкую траву, и снова начался разговор. Конечно, тема была все та же — «где мы находимся?».
Один из нас захотел нам доказать, что на острове должны быть люди и в доказательство привел коз, которые не только не убежали, но даже позволили подоить себя.