Хиггинс(пораженный). Наверху! О, так она у меня живо спустится вниз! (Решительно направляется к двери.)
Миссис Хиггинс(встает и идет за ним). Успокойся, Генри. Сядь, пожалуйста.
Хиггинс. Я…
Миссис Хиггинс. Сядь, мой милый, и слушай, что я тебе скажу.
Хиггинс. Ах, ну хорошо, хорошо, хорошо! (Бросается на тахту и не слишком любезно поворачивается спиной ко всем.) Только все-таки вы могли бы сказать мне об этом полчаса тому назад.
Миссис Хиггинс. Элиза пришла сюда рано утром. Она часть ночи металась по улицам, не помня себя от обиды; часть провела у реки — хотела утопиться, но не решилась; часть — в отеле Карлтон. Она мне рассказала, как грубо вы оба с ней обошлись.
Хиггинс(снова вскакивая). Что-о?
Пикеринг(также вскакивая). Дорогая миссис Хиггинс, она наговорила вам глупостей. Никто с ней грубо не обходился. Мы вообще почти с ней не разговаривали и расстались самыми лучшими друзьями. (Обернувшись к Хиггинсу.) Хиггинс, может быть, у вас с ней что-нибудь вышло, когда я ушел спать?
Хиггинс. Не у меня с ней, а у нее со мной. Она запустила в меня туфлями. Она вела себя совершенно возмутительно. Я ей не давал к этому ни малейшего повода. Я только открыл дверь, как обе туфли полетели мне в лицо. Даже слова не успел сказать. А потом она еще говорила всякие гадости.
Пикеринг(недоумевающе). Но почему? Что мы ей сделали?