— Мне остается, господин Шухмин, еще раз вкратце формулировать все, что было сказано: возможно большее число судов Енисейской экспедиции должно остаться во льду. Нужно сделать это на обратном пути, когда они пойдут с экспортными грузами. Повторяю, за себя вы можете не опасаться. Раз вы беретесь дотянуть без посадки до Варде, я обеспечиваю вам в этом пункте вполне надежный прием у нашего консула. У него вы получите необходимые документы и средства для поездки к вашей семье. Можете быть совершенно покойны, вашу жену мы перевезем за границу без лишнего шума. Сезон курортный и никому не придет в голову интересоваться ее временным отсутствием, а когда хватятся, вы уже будете вместе и в полной безопасности. Поверьте мне, я не хуже вас знаю, что такое большевики и представляю себе как нужно делать дело.
Господин Энгельс подвинул Шухмину пачку зеленых кредиток.
— Это на расходы, которые у вас могут быть в связи с экспедицией.
Шухмин покраснел. Его рука заметно дрожала, когда он нерешительно взял и сунул пачку в карман.
Господин Энгельс нажал кнопку звонка. Шухмин неловко оправлял неуклюжие складки мешковатой одежды.
II
Архангельск мирно спал, окутанный дождливым полумраком северной ночи. Покосившиеся скамейки набережной у памятника жертвам интервенции давно опустели.
Архангельск спал, закутанный ночью, не нарушаемой назойливым светом уличных фонарей. Их не было вовсе. Света в окнах домов тоже почти не было видно. Только по широкой серой ряби Двины изредка пробегали дрожащие блики от фонарей буксиров. Их зеленые и красные бортовые огни озабоченно перемигивались, ускользая в сторону Соломбалы, громоздящейся над водой беспорядочным лесом мачт.
Было почти 24 часа, когда Шухмин увидел на горизонте слабые блики редких архангельских огней. К полуночи под самолетом уже изогнулась двойным коленом Кузнечиха. Шухмин размерил издавна знакомое ему расстояние и толкнул от себя штурвал, ведя машину на посадку. Однако, в полумраке глазомер обманул и почти уже коснувшись воды, Шухмин увидел, что места для пробега впереди не осталось. Он резко взял штурвал на себя и дал газ на все сектора. Машина взвыла моторами и резко взлетела вверх. Из кабинок высунулись всполошенные физиономии механика и навигатора. Но через минуту Шухмин снова нашел нужное ему колено реки и уверенно пошел на посадку. Загромыхало дуралюминиевое днище. Лодка вспенила темную воду мирно спящей реки.
От берега отвалил моторный катер. Он мягко ткнулся кранцами в зазвеневший от удара борт самолета.